80-х годы XII в
В 80-х годах XII в. Андроник Комнен построил дворец, примыкавший к церкви Сорока мучеников в Константинополе. Вот как Никита Хониат описывает охотничью тематику росписей этого здания: «Живопись представляла конскую езду, псовую охоту, крик птиц, лай собак, погоню за оленями и травлю зайцев, пронзенного копьем кабана и раненого зубра (этот зверь больше сказочного медведя и пестрого леопарда и водится преимущественно у тавроскифов), сельскую жизнь с ее палатками, наскоро приготовленный обед из пойманной добычи, самого Андроника, собственными руками разрубающего на части мясо оленя или кабана и тщательно его поджаривающего на огне, и другие предметы…, свидетельствующие о жизни человека, у которого вся надежда на лук, меч и быстрого коня…
» Тема охоты, как отмечают исследователи, издавна входила в императорский триумфальный цикл, так как она была традиционным занятием василевса и в мирное время заменяла войну. В. П. Даркевич, занимавшийся вопросами тематики византийского дворцового искусства, выделяет следующие традиционные темы: сцены военных побед (повествовательные и символические), подвиги на охоте и ипподроме, похождения героев Библии, истории, мифологии и эпоса как прообразы деяний императора.
Из сохранившихся до наших дней памятников дворцового светского монументального искусства, вдохновленных Константинополем, к сожалению, можно назвать только мозаичную декорацию во дворце нормандских королей в Палермо XII в., а на территории Древней Руси — светские фрески башен Софийского собора в Киеве. В дворцовой постройке, примыкающей к Палатинской капелле, сохранилась «комната короля Рожера II», богато декорированная мозаиками светского содержания (около 1140 г.). Своды «комнаты» украшены орнаментальным мозаичным ковром, в который в некоторых местах вкраплены медальоны с помещенными в них чудовищами, зверями, птицами. Композиции разделены на две части.
В верхней, по обе стороны от стилизованного дерева, изображены два оленя, далее — по охотнику, натягивающему лук, а у самого края — две бегущие друг другу навстречу собаки. Композиция выполнена с особо подчеркнутой симметричностью и даже зеркальностью повторяющихся изображений. Это «поэтическая роща», или сад в духе персидских миниатюр.
Верхний регистр отделен от нижнего орнаментальным мозаичным фризом. В центре мозаики в нижней части стены изображена пальма, по обе стороны которой — геральдические львы, стоящие в одинаковых позах с приподнятой передней лапой. Животные, как и чудовища (грифоны?
) в медальонах на своде видимо, имели символическое значение апотропиев, охраняющих от злых сил. На другой стене — кентавры с луками, пятнистые леопарды, павлины и т. д.